Выкуп

Сжав кулаки, Чернав упрямо стоял против ведуньи. Плавилась в темных глазах боль горячая, свет застила: – …А ведь могла ты Зарёнку от хвори избавить да, верно, не захотела. Всё кошку свою мне простить не можешь, Ночкой задавленную. Оттого и зелья твои не впрок пошли. Ну, помни, старая: жена помрёт – мне на свете не жить. Но и тебе тоже. Не побоюсь ещё одну смерть на руки принять! – Не побоишься? – Старуха зыркнула на него из-под тяжелых век. – Крови-то на тебе много, верно, серпник. Да только кровь, она разная бывает... Может, и Зарёнкины вины на себя примешь, коли смелый такой? – И приму! Лишь бы жить осталась!..