Восстание из плоти

Ад, о котором предупреждали пророки, — ложь. Настоящая Преисподняя не пахнет серой, она пахнет гниющими кишками, аммиаком и ржавчиной. В ней нет пламени — есть лишь влажный, холодный бетон, пронизанный системой идеально отлаженных машин. «Театр Анатомических Машин» безжалостно разбирает людей на части, а «Инкубатор Агонии» разрушает их рассудок в полной, глухой тьме. Те, кому удается выжить, попадают в «Перерабатывающую Пасть», чтобы стать биотопливом для этого бездушного механизма. Хью провел здесь триста шестьдесят шесть дней. Его тело изуродовано, руки покрыты глубокими шрамами, а позвоночник сломлен долгими часами пыток в тесной каменной клетке. Но он продолжает дышать. Его единственное оружие — воспоминания. Тёплый, золотистый день в лесу, нежный поцелуй жены Хелен, звонкий смех сына Дью и дочери Элизабет. Именно это не даёт ему провалиться в безумие. Всё, что у него было, отнял правитель Дориан — старый, жестокий тиран, требующий рабского поклонения. Хью не встал перед ним на колени, и Дориан отправил его в эту бездну. Но пока тиран и его палачи празднуют победу, Хью хранит молчание. Он дал себе клятву. Если Дориан посмел прикоснуться к его семье, Хью выберется из стального чрева. Он заставит этот Ад переварить самого себя. И тогда бездушные машины, ржавые цепи и сам тиран узнают, что такое месть человека, которому терять больше нечего.