Тридцать три несчастья

Не знаю, как давно развилась во мне склонность к писанине. Мне кажется, что это было всегда. Еще в пятилетнем возрасте я сочиняла глупые четверостишия, которые моя мать прилежно записывала в толстый альбом под названием: "Тора учится ходить". Я училась не только ходить, но и лазать через забор, бегать по улице и падать в пыль и грязь, а также мерить глубину всех луж в окрестностях. Я была очень беспокойным ребенком, не могла усидеть на месте ни минуты, мне нужно было всюду заглянуть, всюду залезть, в общем, всюду сунуть свой длинный нос.