Святой

— Мистер Винченци, — сказала она, и ее голос был спокоен. Даже спокойнее, чем она ожидала. — Вы не записаны на прием. Виктор усмехнулся. Та же усмешка, что и вчера — краешек губ приподнимается, в глазах загораются искры. — Я и не знал, что для визита к врачу нужна запись, — сказал он, делая шаг вперед. Кабинет был маленьким, и он оказался рядом с ее столом почти сразу. — Тем более когда врач — вы. Лорен не отступила. Она стояла, опираясь руками о край стола, и смотрела на него снизу вверх — он был выше, намного выше — но чувствовала себя не маленькой. Она чувствовала себя сталью. — Вы пришли по медицинской причине? — спросила она, и в ее голосе прозвучала профессиональная холодность, которой она научилась за годы работы в экстренной хирургии. — Что-то беспокоит? Виктор наклонил голову, рассматривая ее с новым интересом. — Беспокоит? — повторил он, и в его голосе появилась странная, ленивая интонация. — Ну, раз вы спросили… У меня болит здесь, — он прижал руку к груди, чуть левее центра. — И здесь, — он опустил руку ниже, на живот, и его губы растянулись в улыбке, которая была слишком откровенной, чтобы быть приличной.