По взаимному согласию

— У меня для тебя спецзадание, Наина, — говорит отец, когда я опускаюсь в кресло напротив его стола. Он делает паузу, как всегда перед тем, как сообщить что-то, что выбьет меня из графика. Звучит тревожно. Я скрещиваю руки на груди, готовясь слушать. — Есть один пациент. Экстремал, — начинает он. — Летал на параплане, неудачно приземлился. Повреждение позвоночника, посттравматическая нестабильность. — Поняла, — киваю в ответ. — В чем подвох? — Пациент сложный. Не слишком мотивирован на реабилитацию, склонен к протестному поведению. Понадобится особый подход и повышенное внимание. — Предлагаешь, в качестве мотивации, плясать перед ним? — Он мне нужен, Наина. Если скажет — сплясать, спросишь, какой танец хотел бы увидеть сегодня. И какой — завтра. — У меня расписание забито до конца месяца, — упираюсь до последнего. — Придется перенести, малыш, — твёрдо говорит он. — Реабилитация будет проходить по месту его проживания. Всё необходимое оборудование уже установлено. — На дому? — уточняю, приподнимая бровь. — Отлично. Теперь я ещё и выездной сервис. — Это важно, — отец пододвигает ко мне папку. — Человек обеспеченный. Готов инвестировать в развитие нашего ребцентра. Посмотри фамилию — возможно, слышала. Я открываю папку и замираю, переставая выпускать колючки. Разумеется, слышала. Мы с Дмитрием Филатовым были более чем хорошо знакомы.