Лодка в тумане

Эти четыре повести не получится назвать «беллетристикой», (что с французского что-то вроде «красивописание»), потому как автор не умеет и не хочет «писать красиво». Это, конечно, художественная литература, но, должен предупредить, не для изысканных впечатлительных дамочек и не для незрелого юношества. Автор пишет жизнь, как он её знает изнутри, как участник описанных событий. Да, он признаётся, что кое-что присочинил, но не слишком многое. Это всё же повести, а не дневники. Автор пожил, побывал и повидал, многое понял про злое и доброе, мелочное и значительное, мрачное и смешное, чем полна проживаемая жизнь. Главное понял, что он любит своих героев. И забавных, и трагических персонажей советской психушки в «Отделении пограничных состояний». И негодяев из детективной истории перестроечной Москвы в «Лодке в тумане». И двух молодых проституток, промышляющих в Берлине, в повести «Садовница добрая и прекрасная». И бывших советских, живущих, кто как может, в Америке. Это «Рейнджер Гершпрунг». И все они говорят на своём языке.