Гайдзин при дворе сёгуна

Военный инженер Анастасия Орлова погибла на полигоне под Москвой - вспышка, и всё. А очнулась на деревянном полу, в чужом теле, в тяжёлом шёлке, под голоса на японском, который она откуда-то понимает. Феодальная Япония, двор сёгуна. Теперь она - Аоки Юкэ, заложница из опальной провинции, дочь казнённого даймё. По местным правилам таких, как она, держат в золотой клетке как гарантию покорности их семей. Одна проблема: настоящая Юкэ мертва, а женщина в её теле умеет считать баллистику, чертить фортификацию и с одного взгляда видит, что этот деревянный замок сгорит дотла - она даже знает год. Инженеры не паникуют. Инженеры составляют список задач. Задача первая: выжить. Задача вторая: понять, кто подбросил ей нож и за что убили её предшественницу. Задача третья - не выдать, что она не та, кем все её считают. Сёгун Кэнсин холоден, точен и не доверяет никому. Но заложница, которая тушит пожары, говорит о вероятностях и торгуется с ним как равная, - это загадка. А загадки его интересуют. Пока она загадка - она жива. За стенами о-оку зреет заговор, старый клан ведёт двойную игру, и до большого пожара остаётся шесть лет. У неё есть знания, которых нет ни у кого в этом веке, - и один-единственный шанс переписать историю, которую она когда-то учила по учебникам. Медленное сближение двух людей, привыкших не показывать слабости. Дворцовые интриги, где нейтральных нет. И женщина, которая решила, что раз уж застряла здесь - замок не сгорит.