Фронтир

Юра проснулся и понял, что ещё жив. Он существует. На грешной истерзанной земле. Ему показалось, что во сне он видел рай. И он говорил там, на небесах. Вроде бы даже бормотал во сне. Но никаких точных воспоминаний и слов. В душе осталась лишь смутная тревога. Юра нащупал кобуру, в которой обитал старый весь исцарапанный пистолет, и тем уменьшил страх непонятного. Подсветил фонариком заваленную комнату. Окна были заколочены фанерой - чтоб теплее и не отсвечивать наружу. Привычным движением закинул за голову ремень автомата. Подогрел пару минут и перелил во фляжку из чайника воду. Давняя привычка запивать голод тёплой водой.