Дикарка в золотой клетке

Он взял ее за подбородок — грубо, не церемонясь, словно осматривая породистую кобылу. Его пальцы сжали её лицо, заставляя поднять голову. Селия попыталась зажмуриться, но было поздно. Он уже увидел. — Открой глаза, — приказал он. Она подчинилась, потому что не подчиниться было невозможно. Её разноцветные глаза — один голубой, как летнее небо, другой фиолетовый, как сумерки над лесом — встретились с его ярко-голубыми. На мгновение в лице лорда Эрлинга что-то дрогнуло. Его зрачки расширились, ноздри затрепетали. Он смотрел на нее с жадным, почти голодным интересом, с каким коллекционер смотрит на редкую драгоценность. — Ты не умрешь сегодня, дикарка. Запомни это хорошенько. — Он провел большим пальцем по ее пухлым губам, и его глаза блеснули холодным огнём. — Ты умрешь тогда, когда я скажу. И поверь мне, эта смерть будет куда более... изысканной, чем болтаться на грязной веревке перед этим сбродом. А пока... — он выпрямился и, не оборачиваясь, бросил через плечо Тейлору: — Снимите с неё кандалы. Ее отведут в мои покои. И приготовьте ванну. Сегодня вечером я желаю видеть свою новую игрушку чистой. ----- Когда лорд Эрик Эрлинг остановил казнь юной лесной пленницы, он думал, что дарует ей жизнь. На самом деле он лишь отсрочил смерть — потому что в его замке жёны не выживают. Проклятие, шепчутся слуги. Запертая в гареме, окружённая завистью, безумием и коварством, она должна разгадать тайну гибели предыдущих жён, пока та же участь не постигла её. Но единственный союзник, на которого она может рассчитывать, — молчаливый рыцарь, поклявшийся служить её мужу до гроба. Рион — её защитник. Её искушение. Её единственная надежда на побег и свободу. В мире, где любовь бывает страшнее ненависти, а самые красивые клетки оказываются самыми прочными, Селии предстоит решить: что она готова отдать за свободу? И кого она готова потерять?