Альбатрос

Макс снял эмпат и со стоном откинулся в кресле. Кресло было дорогое, с функциями массажа и стимуляции моторики конечностей, но не смотря на это, после двенадцатичасовой смены все тело ломило. Так, как будто не серв таскал увесистые куски урановой руды, а он сам долбил в тесном забое неподатливую породу. Работать было тяжело. Правый манипулятор глючил, целеуказатель гидромолота сбивался, время от времени на серва накатывала спазматическая дрожь.